Вопреки ожиданиям садовод получается не из семени, черенка, луковицы, клубня или путём прививки, а в результате опыта, под влиянием среды и природных условий.
В детстве я относился к отцовскому саду недоброжелательно, даже вредительски, так как мне запрещалось ходить по клумбам и рвать незрелые плоды.
Ну вот, как Адаму в раю было запрещено ходить по грядкам и срывать плоды с древа познания добра и зла, оттого что они были незрелые; но Адам - совсем как мы, дети, - нарвал себе незрелых плодов, за что и был изгнан из рая. И с тех пор плоды древа познания остаются и останутся впредь незрелыми.
Пока человек в цвете молодости, он думает, что цветы - это что-то такое, что вдевает себе в петлицу и преподносят девушкам. Он не имеет ни малейшего представления о том, что цветы - нечто зимующее, требующее окапывания, унавоживания, поливки, пересаживания, подрезки, подстрижки, подвязывания, удаления сорняков и плодников, засохших листьев, тлей и грибка. Вместо того чтобы перекапывать клумбы, он бегает за девушками, тешит своё тщеславие, пользуется благами жизни, которые созданы не им, - вообще ведёт себя как разрушитель. Для того чтобы стать садоводом-любителем, нужно достичь известной зрелости, так сказать, отцовского возраста. Кроме того надо иметь свой сад. Разбить его обычно поручают садовнику-профессионалу, с тем чтобы ходить туда после работы - любоваться цветочками и слушать пенье птичек. Но в один прекрасный день захочется и самому посадить цветок: у меня так было раз с бессмертником. При этом - через какую-нибудь царапину или ещё как - в кровь тебе попадёт немного земли, а с ней - нечто вроде инфекции, или отравы, - и стал человек отчаянным садоводом. Коготок увяз - всей птичке пропасть.
А иногда садовод получается в результате заразы, занесённой от соседей. Увидел ты, скажем, что у них смолянка зацвела. "Чёрт возьми! - думаешь. - А почему бы ей не цвести и у меня? Ещё лучше расцветёт!" С этого момента садовод становится всё больше и больше рабом своей страсти, питаемой дальнейшими успехами и подстёгиваемой дальнейшими неудачами. В нём зарождается коллекционерский азарт, побуждающий его выращивать все растения по алфавиту - от Асаеn'ы до Zauschneri'и; а в последствии развивается фанатизм специалиста, превращающий человека, до тех пор вполне вменяемого, в розомана, георгиномана или какого-нибудь другого исступлённого маньяка...
А иные, став жертвой страсти к декорированию, беспрестанно перестраивают и перепланировывают свой сад, подбирают оттенки, перегруппировывают кусты и, подстрекаемые так называемым творческим беспокойством, не дают ничему стоять и расти на своём месте. Пусть никто не думает, будто садоводство - занятие буколическое и располагающее к размышлениям. Это - ненасытная страсть, как всё, за что ни возьмётся человек обстоятельный.
Скажу ещё, как узнать настоящего садовода.
-Обязательно приходите ко мне, - говорит он. - Я хочу показать свой сад.
Вы пришли к нему, чтобы сделать приятное, и обнаруживаете его заднюю часть, воздвигающуюся где-то между многолетниками.
- Иду, - кидает он через плечо. - Только посажу вот...
- Ради бога, не беспокойтесь. - любезно отвечаете вы.
Через какое-то время он, видимо, кончил сажать, во всяком случае выпрямился, испачкал вам руку и, весь сияя гостеприимством, говорит:
- Пойдёмте, я покажу вам. Садик небольшой, но... Минуту! - прерывает он сам себя и, наклонившись над куртиной, выдёргивает несколько травинок. - Идём. Я покажу вам Dianthus Musalae. Что-то особенное... Господи, забыл здесь разрыхлить!
Спохватившись, он опять начинает рыться в земле.
Через четверть часа выпрямляется снова.
- Да, да, - говорит он. - Я хотел показать вам свои колокольчики. Campanula Wilsonae. Это самые лучшие, какие только... Погодите, только подвяжу вот этот Delphinium...
Подвязав, он вспоминает:
- Ах да, вы хотите посмотреть на Erodium. Минутку, - уже снова ворчит он. - надо пересадить эту астру: ей тут тесно.
Тут вы уходите на цыпочках, представляя его задней части возвышаться среди многолетников.
Встретив вас ещё раз, он опять скажет вам:
- Обязательно приходите посмотреть: у меня расцвела роза Перне. Бесподобно! Придёте? Только без обмана!
Что ж, ладно. Давайте навещать его: посмотрим, как протекает его год.